239 Завалинка Дальнобойщик


Случилось это ещё тогда, когда в стране ещё работали вытрезвители. Ваня долго искал себе водителя-дальнобойщика. Невыполнимых задач он перед собой не ставил, поэтому сгодился бы любой. Даже пьющий. Главное, чтобы расписания рейсов и запоев пореже совпадали. Как назло, подходящей кандидатуры всё не подворачивалось. Было несколько претендентов, согласных хоть завтра купить себе нужную категорию и отправиться в рейс, но в такую рулетку с судьбой Ваня предпочитал не играть. Отчаявшись, он уж было решил сгонять за товаром самостоятельно, но жена наложила такое вето, что у Вани ещё долго звенело в левом ухе. Она же, пригрозив импичментом, продолжила раскатывать им тесто на пельмени. Ваня пригорюнился и позвонил другу. Друг проникся и пригласил его к себе в баню, в загородный дом. Против бани жена не стала возражать: пусть едет, развеется. Уже на выезде из города Ваня заметил одинокого пешехода, с трудом бредущего по заснеженной обочине. Он уже даже не пытался голосовать: темнело, и шансов поймать попутку становилось всё меньше. А мороз был нешуточный, и к ночи, судя по звёздному небу, мог ударить крепче. Ваня притормозил и спросил, не надо ли подвезти. Мужик ответил не сразу — настолько замёрз. Оказалось, что им почти по пути. Ваня покачал головой и плеснул попутчику в кружку сначала граммов сто коньяка, а потом, когда тот выпил, налил горячий кофе из термоса. Мужик стал согреваться. Разговорились. Оказалось, что его выгнала из дома подруга. Без копейки. — Да я сам виноват, — пытался он найти ей оправдание. — Ты представляешь, только что из рейса, расчёт получил, пачка денег в кармане. Она уже звонит, соскучилась. Прихожу — стол уже накрыт. Выпил рюмочку. Потом другую. Потом — как отрезало: не помню. Прихожу в себя уже в вытрезвителе. Денег, понятное дело, нет. Хорошо хоть документы на месте. Звоню ей — а она мне истерику закатывает. Ты что, мол, себе позволяешь, ты как себя вёл, мне пришлось милицию вызывать. А я ну ничегошеньки не помню! А она мне — давай, говорит, дуй к себе домой, у тебя следующий рейс через четыре дня, как раз успеешь в себя прийти, а ко мне чтобы ни ногой, я на тебя в обиде. — А откуда она про следующий рейс знает? — тут же сделал стойку Ваня. — А её брат этими перевозками заведует. — И давно ты с ней познакомился? — продолжал расспрашивать Ваня. — Года два уже. Да, два. Почти сразу после того, как туда устроился. — А в вытрезвитель часто попадаешь? — Да что-то зачастил в последнее время. И, как назло, каждый раз после хороших заказов! — Что, сильно выпиваешь? — Наверное, — неуверенно пожал плечами мужик. — Я просто быстро выключаюсь, если пью. Во всяком случае, уже года полтора как. Сам понимаешь, в рейсе ни капли, а потом хочется расслабиться. Мне уже перед подругой неудобно: сколько помню — только при ней так надирался. — Ну-ну, — покачал головой Ваня. — О, вот мы и на месте. Слушай, поехали со мной в баню! Попаримся, поболтаем за жизнь. Мужик пытался отнекиваться, но Ваня пёр как танк. Идея, что появилась у него по дороге, созрела окончательно. Убедив попутчика, что опасности они с другом для него не представляют — денег у него один фиг нет, а его анализы их не интересуют — он припарковал машину у друга во дворе. Баня, надо сказать, заслуживала отдельного описания. В её недрах мог заблудиться генштаб в полном составе. Бассейн… Кататься на водном мотоцикле в нём изначально не предполагалось, но мужики однажды попробовали и остались довольны. Присутствовал даже хамам, выполненный из аутентичного турецкого мрамора. Правда, за неимением аутентичного турецкого банщика свою прямую функцию он выполнял редко, но у приглашённых девочек неизменно пользовался спросом. Ближе к полуночи, когда все успели хорошо попариться и ещё лучше выпить, Ваня продолжил беседу. — Андрей, — обратился он к попутчику по имени. — Переходи работать ко мне. Не пожалеешь. А главное — зарплата будет целее. — Целее? — переспросил Андрей. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду, что тебя разводят, как племенного джунгарского хомячка. — Кто?! — Прежде чем я скажу тебе, кто, попытайся вспомнить вот что. Сколько мы сегодня выпили? — Дай-ка соображу. Граммов сто в машине. Ноль пять на троих до парилки. Ноль пять на троих у бассейна. Ноль пять на троих за столом. Ноль пять на троих в бильярдной. И сто граммов только что. Итого восемьсот с хвостиком. — И кто быстро пьянеет? — Ничего не понимаю! — Просто мы, Андрей, людям гадость в водку не подмешиваем. И в коньяк тоже. — То есть, ты намекаешь… — Говорю в открытую. Подруга твоя чётко знает, сколько денег ты привозишь из рейса, когда ты появляешься в городе, когда тебе в следующий рейс. Ещё бы ей не знать, когда её брат ей обо всём и говорит! — Всё равно в голове не укладывается… — Ты вот что. Ложись спать, а завтра, если не передумаешь, мы с тобой вернёмся к разговору о найме. В следующий рейс Андрей ушёл уже на Ваниной фуре. А когда вернулся, они провели следственный эксперимент. Андрей позвонил подруге, ссобщил, что вернулся из рейса, правда, работодатель другой, но платит почти в два раза больше. Она очень обрадовалась звонку и предложила встретиться: мол, сейчас сообразим стол, туда-сюда… Андрей ответил, что в принципе не против стола и очень соскучился по туда-сюда, но есть небольшая проблема. Его надо забрать из вытрезвителя. После паузы подруга сообщила, что едет на помощь. Первое, что она спросила у сотрудников вытрезвителя — где деньги? Выяснив, что деньги в целости-сохранности, она затребовала их себе. Что значит — на каком основании? У жены они всяко будут целее! Паспорт? Штамп? У нас гражданский брак, в курсе, что такой бывает? Какие вам ещё нужны доказательства? Порноархив? Чтобы сам признал? Ну, хорошо, покажите мне его. Нет, заберу только деньги, зачем он мне дома в таком состоянии! Сотрудник вытрезвителя открыл соседнюю дверь. Андрей сидел за богато накрытым столом, в компании персонала вытрезвителя. Он отсалютовал опешившей подруге рюмкой. — Ну, за своевременный гражданский развод, друзья! Приятно было познакомиться с вами в новом, так сказать, качестве! Дверь закрылась. Иван опрокинул рюмку, наколол на вилку солёный огурец, с хрустом закусил. — Ладно, ребята. Я пошёл, а вы продолжайте. Проверки не будет, я сегодня разговаривал с начальством. Спасибо всем! А ты, — повернулся он к Андрею. — не хочешь остаться и продолжить? — Компания хорошая, но уж больно воспоминания тяжёлые. Опять же, через пять дней в рейс. Так что всем счастливо оставаться! Всех с Рождеством!
0