ЗАВАЛИНКА 856 О любви


На Рождество каждому хочется чуда. Светлой веры во всепобеждающую силу человеческой любви. Святочные рассказы в эту пору заходят особенно хорошо. Но жизнь… Она порой стократ лучше любой придуманной истории. Так вышло и на этот раз.

Всё началось с того, что они вовсе не должны были встретиться. Он – поэт, горлан и великан, певец победившего пролетариата. Она – интеллигентная и немного болезненная барышня, дворянка, воспитанная на той самой русской классике, которую он призывал сбросить с парохода современности. К тому же – эмигрантка в Париже. Но он приехал туда на гастроли – и всё заверте…

Он – советский поэт Владимир Маяковский. Она – бывшая петербурженка Tatiana Yacovleff. Вспыхнувший между ними роман привёл к появлению двух очень лиричных и трогательных стихотворных писем и… вот этой почти святочной истории, достойной целой поэмы.

Говорят, Владимир Маяковский был сражён наповал красотой этой 22-летней белокурой русской модели, в поклонниках у которой числились Вертинский, Прокофьев, Шаляпин… Она, кажется, тоже была тронута внезапно вспыхнувшей страстью поэта и головокружительным сочетанием недюжинной силы двухметрового пролетарского гиганта и его по-щенячьи преданной нежностью. Кажется, дело шло своим чередом к венцу, но…

В Москву из Парижа Владимир Маяковский уехал один. А через некоторое время узнал через Лилю Брик, что Татьяна Яковлева готовится стать m-me du Plessix. Всё? Нет, это было лишь только начало.

Дело в том, что весь свой гонорар за парижские выступления Владимир Маяковский положил в банк на счёт известной парижской цветочной фирмы с единственным условием, чтобы раз в неделю Татьяне Яковлевой приносили букет самых красивых и необычных цветов — пармских фиалок, чёрных тюльпанов, чайных роз, орхидей, гортензий, астр или хризантем. Цветочники чётко выполняли указания сумасбродного клиента — и с тех пор, невзирая на погоду и время года, в двери Татьяны Яковлевой стучались посыльные с букетами и единственной фразой: «От Маяковского».

Его не стало в 1930-м — это известие ошеломило её, ведь она уже привыкла к тому, что он регулярно вторгается в её жизнь. Она уже привыкла знать, что он где-то есть и шлёт ей цветы. Она уже не понимала, как будет жить дальше — без этой безумной любви, воплощённой в роскошных букетах. Но в распоряжении, оставленном влюблённым поэтом, не было ни слова о его смерти. И на следующий день на ее пороге возник рассыльный с неизменным букетом и неизменными словами: «От Маяковского».

Говорят, что любовь сильнее смерти. Но не всякому удается претворить это утверждение в реальную жизнь. Владимиру Маяковскому удалось. Цветы для Татьяны Яковлевой приносили в 1930-м, когда он застрелился, и в 1940-м, когда о нём уже забыли. В оккупировавшем немцами Париже она выжила, продавая на бульваре эти еженедельные букеты. Если каждый цветок был словом «люблю», то в течение нескольких лет эта любовь спасала её от голодной смерти.

Потом союзные войска освободили Париж, потом она вместе со всеми плакала от счастья, когда Красная Армия вошла в Берлин — а букеты всё несли. Посыльные взрослели на её глазах, на смену прежним приходили новые, и эти новые уже знали, что становятся частью великой легенды. Как пароль, который даёт им пропуск в Вечность, они всё так же говорили, улыбаясь заговорщицки: «От Маяковского».

Потом и сама эта история как-то подзабылась. Многие начали считать её городской легендой. Второе дыхание она обрела в конце 1970-х, когда другой советский поэт, Аркадий Рывлин, приехав с творческой делегацией в Париж, нашёл там Татьяну Яковлеву, ту самую.

Они сидели в её уютном доме, где цветы были повсюду, как дань легенде. Пили чай, и ему было неудобно расспрашивать седую величавую даму о романе её молодости: он полагал это неприличным. Но в какой-то момент все-таки не выдержал и спросил, правду ли говорят про цветы от Маяковского? Разве это не красивая сказка? Возможно ли, чтобы столько лет подряд…

— Пейте чай, — ответила Татьяна — пейте чай. Вы ведь никуда не торопитесь?

И в этот момент в двери позвонили… Он, выросший в #СССР, никогда прежде не видел такого роскошного букета золотых японских хризантем, похожих на сгустки солнца. И вот, из-за охапки этого сверкающего великолепия голос посыльного произнес: «От Маяковского».

(с) https://a-nalgin.livejournal.com/1986298.html

22+