593 ЗАВАЛИНКА «ВЗЯТИЕ ЗИМНЕГО» 8 серия


Наш  гостеприимный сайт продолжает показ нового увлекательного  юмористическо – фантастического сериала

«Взятие Зимнего»

Действующие лица узнаваемы за их действия автор ответственности не несет
Сехметра аккуратно пробиралась по тёмным коридорам » Зимнего дворца», освещая себе путь электрическим фонарём. Внезапно комиссару показалось, что в одной из комнат мелькнула фигура в каком то белом одеянии.
— Именем революции! Подойдите ко мне, предьявите свой мандат! — комиссар обхватила рукоятку «Парабеллума». Фигура мгновенно исчезла…..
— Чертовщина какая то! — продолжила свой путь комиссар.- Устала я сильно, всякая ерунда теперь мерещится.
Шорох раздался уже ближе к комиссару, опять появилась эта фигура в белых одеяниях.
— Руки вверх! — комиссар подняла пистолет, — Буду стрелять!
Фигура стала отдалятся….
— Бах! бах! бах…. — три выстрела разорвали тишину коридора «Зимнего дворца».
— Комиссар, это ты ? — раздался заспанный голос Виктора Иваныча, — Чего палишь то?
— Это вы, Виктор Иваныч? — Сехметра передвинула на пистолете планку предохранителя.
— Да я это! Чего статуи то портишь? Чуть в меня не попала! — раздражённо-сонно буркнул Виктор Иваныч, отряхивая с себя осколки белого гранита.

Комиссар подошла к крестьянину, осветила его электрическим фонарём, заметила на его винтовке обломанный штык.
— Вижу уже с Винни познакомился? — усмехнулась Сехметра.
— Это тот, кто там в каземате внизу заперт? — уточнил Виктор Иваныч, — Это вообще, кто?
— Да так, бузотёр один, то от белых получит «горяченьких», за критику белого правительства, то красные выпорют за хамство в отношении революции и пролетариата…
— Из «левых» что ли? — закуривая спросил крестьянин.
— Из почитателей матерной брани и знатоков «великого и могучего русского языка», в основном из раздела его нецензурной части. — усмехнулась Сехметра, — Пусть пока посидит, закончим с «белыми» и с ним потом разберёмся…. Виктор Иваныч, а как ты вообще в революцию то попал?
— Из за деспотизма графа Авдея! — начал вспоминать Виктор Иваныч, — Мы тогда в его доме монтировали новомодную систему парового отопления, ну и несу я значит, тяжеленный чугунный радиатор, а он тут со своей собачкой выгуливается, а собачка его раз! — Возьми и тяпни меня за ногу! Да так больно, зараза! Ну я от неожиданности и «разгрузил» этот радиатор на ногу графу… Граф прыгает на второй ноге, орёт, мол «На конюшню его! Выпороть как следует и запереть в холодном подвале!» А я ему: » А за что , господин уважаемый? Ведь енто ваша барбосина виновата — с её и спрашивайте! » Вообщем скрутили меня, всыпали розг по самое «нихочу», и закрыли в одном из подвалов графского дома… Граф Авдей каждый день приходил к двери и стучал костылём по ней: — сознаешь мол, свою вину? А я ему: «Нет! Сатрап вы граф! Невинного человека наказываете!» . «Ну посиди ещё! Может передумаешь! » — отвечал с издёвкой граф и уходил. Ну а я смотрю в подвале хранятся копчёности всякия, колбасы, ветчина английская консервированная в банках, вина заморския в бутылках…. Ну я и не в чём себе не отказывал. Пью, ем, каждый день графа сатрапом называю, когда он приходил и своим костылём начинал колотить по двери. Нужду малую — в бутылки пустыя от вина, большую…. банки там такие хорошие, от аглицкой консервированной ветчины….. Месяц так просидел, мог бы и дольше посиживать, но как то холодно стало в одну ночь, перебрал я вообщем с вином маленько и когда граф пришёл опять своим костылём по двери долбить, я слово «Сатрап» и выговорить то не мог по нормальному. Вообщем выволокли меня, снова всыпали по первое число на конюшне. Ну я не стал ждать, пака граф распорядится банки с «ветчиной» и бутылки с «вином» на стол свой обеденный подавать и подпоясавшись, просто сиганул из графского дома. В Петрограде познакомился как то с революционеркой Викторией с команды «Авроры», Бастет её ещё там звали, она мне винтовку с патронами выдала и назначила в помощь к матросу Сане…. Ну а потом мы с ним вместе воевали, а дальше ты командир, всё и так знаешь!
— Страдалец ты наш! — Сехметра еле сдерживала себя от смеха, — Таки отомстил эксплуататору трудового крестьянского народа! Все запасы ему перепортил! Будем что ли искать выход?
— Пошли комиссар… — крестьянин поднял свою винтовку и зашагал за Сехметрой.

Рабочий Митя осторожно зашёл в комнату, где безмятежно храпели «белые». Подняв с пола штык интервента, выроненный им во сне, он принялся тихонько тормошить матроса:
— Просыпайся, Саня, блин! У тебя жена, дети, кошки в конце концов! Что ты к нему задницей прилип, как к родному?! Тьфу! Бери Леночку на руки и спускайся вниз к машине, только смотри никого не разбуди!
— Ты чего такое обо мне подумал?! — шипел обиженный матрос, поднимая на руки медсестру, — Я не такой!
Митя отстегнул офицерскую шашку у спящей Мелисандры, подобрал неисправную винтовку подпоручика, вынул из рук сонного капитана наган и аккуратно вытащил из под Керенского его любимую кавказскую саблю:
— Такой! Такой! — передразнил шёпотом моряка рабочий, — Я всё видел!
— Чего ты там видел? ! — зло шипел матрос, закидывая за спину свой пулемёт, — Ты всё неправильно понимаешь!
— Чего я там неправильно понимаю? — шипел в ответ Митя, вынимая замок из пулемёта Орка, — Я захожу и вижу картину: Леночка на полу без чувств, что то бормочет там во сне, подпоручик спит, обнявшись с хомяком, Керенский в вашей компании в женском белье французском щеголяет, а к тебе сзади пристроился интервент! Мы, Саня, великую пролетарскую, а не сексуальную революцию в стране делаем!
— Да как ты вообще такое мог подумать! — не на шутку рассердился матрос, — А ещё другом называешься! Как тебе в голову вообще такое могло придти? Я вообще в заложниках был!

— В заложницах ты был, Саня, в заложницах! — делая вид, что плачет, рабочий аккуратно вынимал пачку американских денег из под головы поручика Орка.
Хомяк, разбуженный вознёй красных, принялся тормошить подпоручика….
— Пошли уже, сексуальный заложник! — с ехидцей шепнул на ухо Митя, разгневанному матросу.
— Возьмите нас с собой! — взмолился шёпотом у выхода с комнаты подпоручик.
— Так, Саня! Контра проснулась! — прошипел рабочий, — Я беру на себя хомяка, ты расправишься с подпоручиком!
Хомяк встал в стойку заправского каратиста, всем своим видом показывая, что без решительного рукопашного боя он сдаваться красным не намерен.
— Если попытаетесь нас обидеть, я начну кричать! — шёпотом говорил Игорь, — Все сразу проснуться и надают вам таки по шеям! Их больше чем вас!
— Ладно, контра! — тихо сказал в коридоре моряк, — Тогда есть тебе ответственное революционное задание: Возьми у меня за пазухой красное знамя и водрузи его на крыше «Зимнего дворца», а потом уже спускайся к машине!
— Готов и дальше выполнять ваши революционные задания! — приложил руку к фуражке подпоручик и, схватив флаг, тихо побежал вверх по лестнице.
Хомяк прыгнул на шею к матросу и такой весёлой компанией они стали спускаться к «Руссо — балту».

Василий, просыпайся! — тихо рявкнул на водителя матрос, укладывая Леночку с её «Маузером» на переднее сидение.
— Что с Леной? — протирая глаза от сна, тихо спросил Василий.
— Всё нормально, спит она! Заводи давай свою машину… — засовывая себе за пояс трофейный наган Станислава, тихо сказал Митя и стал усаживаться на заднее сидение.
— Где Керенский? — поинтересовался Василий.
— У меня на шее сидит! — ответил улыбаясь, моряк, — Они все у нас на шее сидят, эти эксплуататоры трудового народа!
Василий с сомнением посмотрел на хомяка.
— Я! — ответил хомяк, показывая на себя.
Из дверей появился подпоручик и обращаясь к матросу, тихо отрапортовал:
— Ваше задание выполнено, товарищ матрос! Флаг надёжно закреплён, можно ехать!
— Прыгай в машину, контра! — подвинулся Митя, прикрепляя к поясу кавказскую шашку Керенского, — Эх Маруся! Теперь я твой лучший «дежурный по классу» !
Автомобиль тронулся с места, моряк обиженно смотрел на рабочего: «Митька, как он вообще мог такое подумать?! А если кому начнёт об этом рассказывать? Это ж Митяй — второе трепло на всю нашу пролетарскую рабоче-крестьянскую красную армию!» Пальму первенства в плане вранья, моряк безошибочно присваивал товарищу Троцкому. Мите до Троцкого было ещё очень далеко… » А если слух пойдёт по команде » Антигерманца»? Моряк мысленно представил себе улыбающуюся рожу боцмана. » А что скажет Вероника с команды «Авроры» ? А что скажут другие мужики?» Матрос с обидой и злостью смотрел на рабочего: » Может треснуть его хорошенько по башке? Он возьмёт и всё потом забудет! Ретроградная амнезия типа… Нет, так не пойдёт! Некрасиво это! Ведь друг всё таки… Кортиком его в бок ткнуть? » Моряк посмотрел на совсем не тощую фигуру рабочего: » Такого с первого удара не возьмёшь! Да и шум подымит, как потом перед Леночкой оправдываться? Свидетелей гора… Тут надо только договариваться! »
— Слушай, Митя, а что там за история с этими патронами с серебряными пулями? — хитро поинтересовался матрос.
— Так, Саня! — поморщился Митя, — Давай договоримся сразу: Я забываю эту историю с интервентом у тебя за спиной, а ты мне помогаешь оправдываться за эти чудные боеприпасы!
— Договорились, друг! — довольно хлопнул по плечу рабочего моряк, — Поднажми, Василий!
— На тебе подарок, в знак примирения! — Рабочий протянул матросу трофейную офицерскую шашку Мелисандры, — А тебе вот Вася, на запчасти! — Митя бросил на колени водителю замок от пулемёта Орка. — А куда мы вообще едем? Над «Зимним» наш флаг, «белые» без оружия, куда они теперь денутся? С ними теперь и анархисты шутя разобраться могут!
— Мне бы Петергоф посмотреть! Никогда там не был и не видел, как там цари живут! — мечтательно произнёс матрос, пристраивая шашку Мелисандры к себе на пояс, — А то так помру от белогвардейской пули, так и не посмотрев на красоты дворцов!
— Так в чём дело? Затаримся харчами, деньги у нас есть и рванём отмечать взятие «Оплота временного правительства» ! — предложил Митя, — Василий, ты не против?
— Я вот не против! — отозвался голос подпоручика, — Мне бы только пива….
— Ой! — проснулась Леночка, — А куда мы так летим, Васенька?

— В Петергоф, красавица! — мечтательно произнёс Саня, — Теперь бы вот затарится для праздника!
— Василий, рули к тому бронированному продуктовому ларьку! — Митя показал водителю на броневик анархистов.
— Харчами торгуете? — постучал рабочий по броне автомобиля, — Плачу две цены!
Услышав такое предложение, мгновенно проснулись Фёдор и Эдик:
— Ну это смотря как договоримся…
— Не обижу! Чай не жмот какой! — Митя щедро отсчитал несколько американских купюр, — Нам нужны: «Горилка», консервы, хлеб, чай, сало, копчёности, колбаса….
Эдик принялся заворачивать вышеупомянутые продукты, передавая их из пулемётной башни. Подпоручик и хомяк бережно укладывали их в автомобиль.
— Подойдёт комиссар с Виктором Иванычем, подтягивайтесь вместе с ними в Петергоф на своём броневике. — деловито сообщил Митя, — Мы пока там «поляну» накрываем!
— Зимний мы взяли, флаг вон видите — развивается! — взял своё слово Саня, — Там белогвардейцы остались без оружия, так что вы их или арестуйте или там в расход, но это уже как комиссар решит…Патронов нам ещё дайте сколько у вас есть к «Льюису» и там к «Маузеру»….
Рабочий дополнительно протянул в броневик одну купюру:
— И к Нагану ещё!
Эдик передал дополнительно несколько снаряжённых дисков и коробки с патронами.
— Фи! — сказала Леночка, — Я самогон пить не собираюсь! Заедем по пути к дяде Славе, за французским вином и гитарой! Васенька, вы же умеете на гитаре? Я помню как вы во дворе играли нам всем…
— Да мне бы бензина, а то мотаюсь туда-сюда… — озабоченно молвил Василий, — До Петергофа его точно не хватит!
— А теперь хватит? Заправимся, командир? — Митя щедро бросил на доску приборов пару десятков американских купюр.
— Да тут не только до Петергофа, — обрадовалась Леночка, — тут на бензин до Африки хватит!
Василий сомнительно поглядел на Леночку: Или Леночка в своём революционном запале напрочь забыла про географию и расположение стран в западной части материка, или она очень высокого мнения о его «Руссо — балте», сравнивая его автомобиль со среднего размера эсминцем!
Машина развила максимальную скорость и выехала из ворот «Зимнего дворца»…

Бой за «Зимний дворец» продолжался.
продолжение следует!

27+