ЗАВАЛИНКА 912. Булька


Булька

— Пап, с собакой посидишь пару недель? Мы всей семьёй в Турцию собрались, нашу Бульку оставить не с кем. Не брать же её с собой…

Василий на несколько секунд задумался, дочка на другом конце телефонного провода терпеливо ждала. Она понимала, что пенсионеру отцу с собакой одному – а его супруга умерла уже как год — будет тяжеловато, но деваться было некуда.

– Ну, ладно… Привози… – скрепя сердце, пропыхтел Василий. – Но только ты же знаешь, я этих домашних собачонок не очень… Глупые они… И у меня ничего для ни нет, ни еды, ничего…

– Ой, пап, я всё привезу! А в нашу Булю, я уверена, ты влюбишься…

Уже на следующий день дочь привезла это маленькое странное пятикилограммовое существо породы пти-брабансон, которое прямо с порога бросилась Василию в объятия, тут же всего его облизала, и изо-всех сил виляя хвостиком, стала намекать, что с ней будет очень весело. Василий растерялся от такой ласки, и не знал, как на неё отвечать.

– Видишь, пап, какая она классная. – Дочка выгружала из сумки собачьи вещи – упаковку еды, одежду, пелёнки и даже миски. – Значит так, кормить два раза, утром и вечером, – начала давать наставления дочь, – гулять тоже утром и перед сном. Днём тоже можно. А если что – пелёнка в коридоре пусть будет расстелена, на всякий случай, вдруг ты проспишь.

– Ну, вот ещё. Я в пять уже на ногах.

– Значит, вы поладите! – Дочка поцеловала папу, и направилась к порогу.

– Погоди, – опомнился отец. – А по Даше она скучать не будет. Ты же говорила, что они с ней не разлей вода.

– Ой, пап, – дочка, как всегда, очень торопилась, – всё будет нормально.

Дочка ушла, и у Василия началась совсем другая жизнь, полная странных, непривычных забот.

В первый же день собачка неловко спрыгнула с высокого дивана и долго скулила. Василий сгрёб её в охапку и потащил в ветклинику. Там ему сказали, что собачкой всё хорошо, и надавали кучу полезных советов. Василий стал сам готовить для собачки «нормальную» еду, нашёл собачью площадку, где можно заниматься дрессировкой. Но самое приятное оказалось – гулять с собакой в парке. На такую чудную пару все тут же обращали внимания, заводили знакомство, и домой оба – Булька и Василий возвращались весёлыми и жизнерадостными. Когда собачка уставала, Василий брал её на руки, прижимал к груди, и частый стук её сердечка будил в его огрубевшем сердце забытое чувство нежности. В общем, с Булькой ему было очень хорошо. Он чувствовал, как в нём просыпается сумасшедшая любовь к этому маленькому комочку счастья.
Но счастье его в одночасье закончилось, в тот самый миг, когда дочка, зять и Дашенька, отдохнувшие, появились на пороге его квартиры. Булька бросилась в объятья внучки, а через полчаса его дом опять опустел. Правда, в тот миг, когда гости уходили, Булька вдруг стала отчаянно вырываться из объятий внучки, но усилия её оказались тщетными.

В тот вечер Василий плакал. Так он плакал только когда хоронил жену. Но, усилием воли, он взял себя в руки, успокоился, и стал укладываться ко сну. Вдруг раздался телефонный звонок.

– Пап, у тебя всё в порядке? Ничего не болит?
– У меня всё хорошо… – голос Василия был непривычно глух.
– Я чего звоню-то… Булька как будто с ума сошла… Стоит у двери и плачет… Вот я и подумала, вдруг что с тобой…
– Не рви мне сердце… – простонал Василий, отключил телефон и опять заплакал…

Засыпал он с трудом. А в пять утра автоматически проснулся, и ему, почему-то, не захотелось вставать с постели. Он, вообще, пожалел, что наступило утро… Что он вчера не умер…  Кто-то открывал ключом его входную дверь. Наверное, дочка – только у неё от квартиры Василия был свой ключ. Ему стало неприятно – он никого не хотел сейчас видеть. Но вдруг послышался быстрый, звонкий, радостный топот маленьких собачьих ножек. Непонятно откуда взявшаяся Булька с визгом взлетела на кровать, и лихорадочно, с тонким скулением, стала облизывать ему лицо.

– Пап… – в комнату вошла дочь и сразу же заплакала. Или от сцены, которую она сейчас увидела, а может и от любви к своему отцу. – Мы подумали, и решили… – дочка утирала слёзы рукавом, как будто ей было лет пять, – оставим мы Бульку тебе. Она ведь так всю ночь и не уснула. И нам спать не дала. Всё рвалась из дома. К тебе…

– А как же внучка? – Василий, прижимал к себе этот тёплый комочек и никак не мог поверить счастью. – Это же её собачка…

– Так это же Дашка и решила. Она вся изревелась, глядя, как Булька убивается… Мы ей другую собачку заведём…

А Булька всё облизывала Василия, и тоже никак не могла поверить в своё собачье счастье.

© Анисимов

+20