Восстание против короля доллара


Восстание против короля Доллара

Добрый день, Империя.

На снимке — погода в Соединенных пока Штатах сегодня. В Калифорнии минус 13, в Монтане минус 45, арктическое вторжение генерала Мороза расползлось по всей территории страны. А это значит, что поставки СПГ в Европу будут значительно снижены на некоторое время — и даже тот факт, что в Евросоюзе газ сейчас стоит около 900 долларов за тысячу кубов, не отменяет будущего прыжка цен на энергию: в минувшую пятницу цены в Азии впервые за долгое время превысили цены в Европе.
Но это преамбула — а хотелось бы поговорить еще об одном итоге 2022 года, который пока не столь очевиден для всех. Речь об экстренном выходе нескольких крупных экономик мира из долларовой зоны.

Когда Большая Семерка морозила международные активы России, все это казалось весьма привычным делом — до этого были замороженные активы Ирана, Венесуэлы, Афганистана и еще ряда небольших стран. Тем не менее, именно история с российскими активами оказалась той соломинкой, что переломила спину верблюду: сейчас Запад вынужден констатировать побег нескольких ведущих стран мира в другие платежные системы.

Устав от слишком сильного и недавно превращенного в оружие доллара США, некоторые из крупнейших экономик мира изучают способы обойти американскую валюту.

Небольшие страны, в том числе, по крайней мере, дюжина в Азии, также экспериментируют с дедолларизацией. И корпорации по всему миру продают беспрецедентную часть своего долга в местных валютах, опасаясь дальнейшего укрепления доллара.

Никто не говорит, что доллар в ближайшее время будет свергнут с престола в качестве основного средства обмена. Призывы к “пиковому доллару” много раз оказывались преждевременными. Но не так давно для стран было почти немыслимо исследовать платежные механизмы, которые обходили бы американскую валюту или сеть SWIFT, которая лежит в основе мировой финансовой системы.

«Дюжина стран в Азии» — это не только Бангладеш, Иран или Казахстан (по поводу последнего внезапно, да?). Это еще и страны Залива, Индия, Китай, Турция — все они так или иначе ищут способы ухода из-под контроля ФРС и Минфина США. Сделки в национальных валютах становятся совсем уж непрозрачными, а из отчетности МВФ и Всемирного банка пропадают целые куски привычного мира — теперь никто точно не знает ни реальный объем торговли между отдельными странами в Азии, ни структуры этой торговли. Мало того, теперь никто не способен ответить на вопрос, на самом ли деле Иран или Китай помогает России своим оборудованием двойного назначения, технологиями или готовым вооружением — все, что идет мимо доллара, теперь является тайной.
Теперь известно только то, что найдут нужным объявить сами страны Азии, торгующие друг с другом в национальных валютах и в обход платежной системы SWIFT — банки и предприятия тоже переходят на национальные платежные системы, совмещая и интегрируя платежные системы друг с другом — иначе говоря, разворот от долларового финансового мира уже признан состоявшимся.

“Это просто активизирует усилия в России и Китае, направленные на то, чтобы попытаться управлять своей частью мировой экономики без доллара”, — заявил Пол Такер, бывший заместитель управляющего Банком Англии в комментарии Bloomberg.

На прошлой неделе в информационном бюллетене Джон Молдин, инвестиционный стратег и президент Millennium Wave Advisors с более чем тридцатилетним опытом работы на рынках, написал, что администрация Байдена допустила ошибку, превратив доллар США и глобальную платежную систему в оружие.

“Это заставит неамериканских инвесторов и страны диверсифицировать свои активы за пределами традиционного убежища в США”, — сказал Молдин.

Это уже заставило, хотелось бы поправить мистера Молдина — и это уже создало новую область взаимоотношений между странами, полярными по своим ценностям. К примеру, между Ираном и Турцией. Или между Ираном и Саудовской Аравией, торговлю между которыми в недавнем времени вообще невозможно было представить — теперь же она не просто есть, а растет весьма большими темпами. У персов есть ископаемые ресурсы в виде металлов, у арабов (как это ни странно) — технологии для сельскохозяйственного производства в условиях дефицита воды, что тоже актуально для персов.
Индия интернационализирует рупию, причем не только в торговле с Россией — в декабре заработал двусторонний платежный механизм в торговле индусов с Эмиратами. К платежной системе юаня подключаются Лаос, Бангладеш, Казахстан и Саудовская Аравия — Россия уже в этой системе и обороты по ней только нарастают.

Главной движущей силой этих планов стало решение США и Европы отрезать Россию от глобальной системы обмена финансовыми сообщениями, известной как SWIFT. Акция, которую французы назвали “финансовым ядерным оружием”, оставила большинство крупных российских банков отчужденными от сети, которая ежедневно обеспечивает десятки миллионов транзакций, заставляя их вместо этого полагаться на свою собственную, гораздо меньшую версию.

Это имело два последствия. Во-первых, санкции США в отношении России вызвали обеспокоенность тем, что доллар может надолго стать открытым политическим инструментом — озабоченность, разделяемую, в частности, Китаем, но также и за пределами Пекина и Москвы. Индия, например, разрабатывает собственную отечественную платежную систему, которая частично имитирует SWIFT.

Во-вторых, решение США использовать валюту как часть более агрессивной формы экономического управления государством оказывает дополнительное давление на экономики в Азии, вынуждая их выбирать чью-либо сторону. Без какой—либо альтернативной платежной системы они рискуют быть вынужденными соблюдать или применять санкции, с которыми они могут не согласиться, и потерять торговлю с ключевыми партнерами.

***

“Усложняющим фактором в этом цикле является волна санкций и арестов долларовых активов”, — отметил Таймур Бэйг, управляющий директор и главный экономист DBS Group Research в Сингапуре. “Учитывая этот фон, региональные шаги по снижению зависимости от доллара США неудивительны”.

Есть и еще один фактор, заставляющий азиатские экономики бежать в двустороннюю торговлю с помощью национальных валют — укрепление доллара приводит к высокой инфляции и росту цен на энергоносители и продовольствие. Другими словами, Америка до сих пор пытается скинуть хотя бы часть внутренней инфляции в страны третьего мира — и те из них, кто запаздывает с уходом из долларовой системы, страдают больше остальных.
Между тем, продажи облигаций, деноминированных в долларах, упали до рекордно низкого уровня в 37% от общемирового объема в 2022 году. На них приходилось более 50% долговых обязательств, проданных за один год, еще в 2021 году — и если вам этот результат кажется несущественным, то просто вдумайтесь: 13% падения за год — это вам не плюшки тырить. Это такой удар по мировой финансовой системе, что Америке приходится нивелировать его за счет евро и фунта стерлингов — отсюда и паритет между долларом и этими валютами.

Но есть и еще кое-что. Малайзия, Индонезия, Сингапур и Таиланд создали системы для транзакций друг с другом в своих местных валютах, а не в долларах. Тайваньцы могут расплачиваться с помощью системы QR-кодов, связанной с Японией, а не с США.
Отметим, что все четыре страны и кусок Китая в виде острова — союзники Америки и враги Китая. Тем не менее, они тоже понимают, к чему все идет — и если уж даже Сингапур озаботился переходом на расчеты с соседями в национальных валютах, то очень велик шанс присоединения к этому славному начинанию остальных стран Большой Азии. Естественно, кроме Японии и Южной Кореи — те давно позиционируют себя опорными союзниками Америки в Тихоокеанском регионе.

… комбинация отказов от доллара представляет собой вызов тому, что тогдашний министр финансов Франции Валери Жискар д’Эстен, как известно, назвал “непомерной привилегией”, которой пользуются США. Термин, который он ввел в обиход в 1960-х годах, описывает, как гегемония доллара защищает США от риска изменения обменного курса и проецирует экономическую мощь страны.

И в конечном итоге они могут протестировать всю Бреттон-Вудскую модель, систему, которая утвердила доллар в качестве лидера в денежно-кредитной системе, которая была согласована в отеле в сонном городке Нью-Гэмпшир в конце Второй мировой войны.

Последние усилия “указывают на то, что глобальная торговая и расчетная платформа, которую мы использовали десятилетиями, может начать разрушаться”, — заявил Хомин Ли, азиатский макростратег в Lombard Odier в Гонконге, чья фирма контролирует эквивалент 66 миллиардов долларов.

“Вся эта сеть, которая родилась из Бреттон-Вудской системы — евродолларового рынка в 1970-х годах, а затем финансового дерегулирования и режима плавающих ставок в 1980-х годах, — эта платформа, которую мы разработали до сих пор, может начать меняться в более фундаментальном смысле”, — отметил Ли.

Рухнет ли доллар через год, два или десять лет? Скорее всего нет, если только американцы не допросятся «Авангардом» по голове — но даже одно то, что часть мира охотно уходит из сложившейся финансовой системы, уже означает отказ этой части мира от выплаты колониального налога Западу — и еще это означает, что теперь Америке и Евросоюзу будет куда труднее отправлять свою инфляцию на экспорт. Она будет оставаться дома, а это уже совсем другой коленкор — и если помножить эту инфляцию на рост цен на энергоносители, то получается картина маслом по всей хитрой и наглой англосаксонской рожице.

Предугадывая вопросы по поводу курса рубля — дорогие мои, поймите одно: это не рубль падает, это ЦБ России загоняет курс в рамки, выгодные для наших экспортеров. Да, стоимость импорта увеличится, но это совсем небольшая цена за укрепление отечественного производителя — отметим, что во время противостояния России со всем коллективным Западом устойчивость нашей экономики имеет высший приоритет.
Такую штуку уже провернули с аграрным сектором, что позволило нам стать крупнейшим экспортером продовольствия на планете — теперь же очередь за нефтехимией, газохимией, ВПК, микроэлектроникой, судостроением и авиацией. И даже за автостроением — не сумев добиться высокой степени локализации производства от наших бывших западных, нам снова предстоит пройти этот путь, только теперь уже с китайцами.

Впрочем, китайский автопром уже претендует на лидерство во всем мире — так что здесь мы можем стать почти пионерами. Почти, потому что в Европу китайцы со своими машинами начали проникать через Норвегию, открыв там ряд производств и прогнав свою продукцию через систему Euro NCAP — получив при этом высшие оценки в целом ряде независимых краш-тестов.
Понимаю, что многие крайне негативно отнесутся к китаезации нашего автопроизводства — в связи с этим напомню, что советские автомобили выросли из американского автопрома, который пришел сюда в 20-30-х годах прошлого века. Вот что мы умеем делать очень хорошо, так это оружие и боевые самолеты — а если мы все-таки когда-нибудь захотим иметь свою суверенную автомобильную промышленность, то нам придется вкладываться в нее всеми силами и ресурсами — и по другому не будет, просто не получится. Это же касается и гражданской авиации — и тот путь, который мы сейчас проходим в авиастроении, может помочь нам и с автомобилями.

А для этого необходимо победить в необъявленной войне Запада против нас — и чем слабее будет коллективный Запад, тем меньше усилий нам придется потратить на победу. В этом смысле все страны, уходящие из зоны доллара, являются нашими невольными союзниками — они всерьез ослабляют возможности Америки и Евросоюза противостоять смутьянам, покусившимся на самое дорогое для англосакса — на кошелек.
И еще для этого нужны мечтатели, способные придумать нечто, что станет основой для неповторимой и качественной российской продукции — машины, станка, самолета, микрочипа, боевого корабля или танкера — стране нужен каждый, кто может помочь ей стать сильнее.

Другими словами, стране нужен каждый из нас.