«ЦАРСКОЕ СЕЛО» Отступление. Часть 2


«ЦАРСКОЕ СЕЛО» Отступление. Часть 2.

— Эй, на борту! — гаркнул боцман поднимаясь, — Спустить мне сходни, катер принять на борт!
Через некоторое время лестница была спущена. Заработали лебёдки подьёма катера на шлюпбалке броненосца.
— Кто на борту остался? — Грозно спросил у Руматы «Кара Поднебесная» .
— Уклейкин там, Чомбе… ещё несколько человек… — отрапортовал Румата, не можем найти Ржевского и Марианну.
— Я их уже нашёл! — зло скривился в ухмылке боцман, — Смотались с этим наглецом, красной сволочью матросом Саней! А заодно, судя по оружию, изрядно обчистили наш арсенал!
— За арсенал как раз отвечала Марианна, — ответил Румата, — а Ржевский отвечал за работу котлов и работу динамомашины…
— Хорошо, подкиньте в котёл динамомашины угля, нам понадобится электричество — задумался боцман, — и принесите пожрать что нибудь и выпить!
— Будет сделано, Боцман! — доложил Румата.
«Кара Поднебесная» прошёлся по палубе «Антигерманца» , подошёл к орудиям, проверил функциональность затворов и систем наводки пушек.
— Хоть порядок тут «Более-менее» поддерживали… — удручённо заметил боцман, растирая морским ботинком засранную чайками палубу корабля, — Гонять вас тут в моё отсутствие некому! Совсем распустились, бездельники! Уклейкин! А это что там за корыто в четырёх кабельтовых от нас?
Боцман показал рукой на качавшуюся на волнах яхту …
— Яхта «Прибалтика», нейтральные они! — доложил Уклейкин, — На берег не сходят, чего тут делают — непонятно! Но к нам то же не приближаются!
— «Прибалтика» ? — злобно удивился боцман, — А ну ка рупор мне сюда! Бегом и бинокль то же!
«Каре Поднебесной» принесли переговорный рупор и мощный морской бинокль. Боцман облокотился на скорострельный 38 миллиметровый автомат, находящийся по левому борту «Антигерманца»:
— Алехандро, лживая ты сволочь! Ты ещё там? — гаркнул боцман в рупор, направив его в сторону яхты, — Покажись мне, гад!
— Здесь я! — сложив свои ладони рупором, крикнул в ответ рулевой, — А тебя ещё не прибили красные на берегу? Решил таки вернуться на своё грязное угольное стальное ведро?
— Где обещанная тобой команда на мой корабль? — зло крикнул боцман в сторону яхты, — Провокатор ты хренов! Никак обмануть меня решил? Какого ты чёрта здесь на рейде делаешь?
— Смотри за моим движением, боцман! — крикнул в сложенные ладони Алехандро, — И смотри очень внимательно!
Бабай ударил ладонью левой руки в локтевой сустав правой руки и многозначительно и резко поднял вверх полусогнутую правую руку :
— Вот тебе а не команда!
— Ты какого хрена делаешь, провокатор? — возмутился шкипер Эндель, поднявшись на палубу из трюма яхты, — Думаешь твой неприличный жест пройдёт для тебя бесследно?
«Кара Поднебесная» убрал от глаз бинокль, злобно сплюнул в воды Финского залива через палубу броненосца и зло улыбаясь, снова поднёс рупор к губам:
— Алехандро, сволочь! Ты сам потонешь со своим корытом или тебе таки в этом немного помочь?
— Да я ещё и тебя, гада, плавать научу! — снова сложил ладони рупором рулевой » Прибалтики», — А то ты отвык по морям ходить в своей бронированной, засранной чайками стальной ванне!
— Ну тогда держись, провокатор! — крикнул в рупор довольный боцман, — Если умеешь молится — молись! А то ведь скоро будет некогда!
— Ох что то недоброе задумали на броненосце.. — с тревогой покачал головой Эндель, — Бабай, буди ка всех в трюме, командуй полундру!
— Ах, прорвёмся шкипер! — отвечал рулевой, удовлетворённый своей шуткой с жестами рук, показанной боцману, — Не переживайте, Эндель!
— Всем в башню главного калибра по левому борту! — скомандовал «Кара Поднебесная » в переговорное устройство на палубе броненосца, — Приготовится к стрельбе из обоих 254 миллиметровых орудий!
— Зря ты его так разозлил, грёбаный ты провокатор, Бабай! — вскинул подзорную трубу Эндель к глазам, — Ты посмотри какая суета на палубе началась!
Матроскин и Александр поднялись на палубу яхты из трюма:
— Готовы к выполнению ваших команд, шкипер!
— Александр на корму, Бабай — к штурвалу, Матроскин — на нос яхты! — распорядился Эндель, внимательно рассматривая в подзорную трубу суету на палубе возле башенной установки главного калибра броненосца, — Действовать согласно команд и штатного расписания яхты! Матроскин — поднять якоря!
Моряк сильными руками принялся выбирать якорную цепь и складывать её на палубе. Учитывая глубины Финского Залива он не затратил сколь либо значительного времени на это действие.
— Занять места у орудий! — скомандовал боцман прибывшим людям, заходя в артиллерийскую башню главного калибра. Рука боцмана легла на пульт подключения электричества систем энергопитания орудийных стволов артиллерийской башни… Сухо защелкали тумблеры включения……

Грузовик, набирая скорость, летел вперёд, громыхая по дороге пушкой.
— Не печалься так, Василий, и не расстраивайся! — глядя на водителя, приговаривала комиссар СехметРа, — Вернём мы тебе твой «Руссо-Балт» ! Смотри сколько народа вон с нами, что бы тебе помочь! И боеприпасов вон — целая гора!
— Да так то оно так… — сжимая руль грузовика, печально отвечал Василий, — Но очень не хотелось бы, что б мою бедную машинку постигла судьба анархистского броневика! Как умеет стрелять мадам Вероника, я таки уже убедился…
— Не переживайте, Васенька! — улыбалась из кузова Леночка, — Тётя Таня что нибудь да придумает! Спланирует какую нибудь блистательную тактическую операцию по освобождению вашей любименькой машинки!
— Это верно, медсестра! — усмехнулась Бастет, — Ну а если что пойдёт не так, то один прицельный осколочно-фугасный выстрел и у белых на одну транспортную единицу таки меньше!
Василий при этих словах больно поморщился за рулём…
— Митька, а расскажи ка нам тут всем, откуда у тебя столько денег вдруг резко образовалось, да ещё и в иностранной валюте? — спросила, обернувшись к кузову грузовика комиссар, — Где это ты так резко успел разбогатеть?
— А вы, Танечка, откуда это так подробно про деньги знаете? — недовольно посмотрел рабочий на СехметРу.
— Я тебе не «Танечка», а твой непосредственный начальник — комиссар СехметРа! — сурово отчеканила каждое слово красный комиссар, — Сорока мне на хвосте принесла! А ты вот будь любезен — отчитайся мне по форме!
— А мы теперь матросы! — улыбаясь, заметил Саня, — Точнее даже мы с Митькой младшие офицеры! Посмотри на нашу форму, Таня!
— Ты мне революционную дисциплину тут не подрывай, Саня! — глядя в глаза матросу, возмутилась СехметРа, — Последний раз спрашиваю! Откуда у вас деньги?
— Ну у белых мы маленько «отжали» баблишек! — лениво отмахнулся рабочий, — Ну потратили немного на празднование по случаю взятия «Зимнего дворца» !
— Ты присвоил трофейное имущество, Митя! — грозно сказала СехметРа, — Ты взял себе материальные ценности, принадлежащие революции и трудовому народу!
— А что, Саня теперь не революционер, а я не трудовой народ разве? — возмутился рабочий, — А Леночка разве то же не помогает революции? Я что — всё на себя спустил? У меня даже штанов не было запасных! Я — беднее церковной крысы! Я для всех же старался! Между прочим мы на эти деньги устроили знатные поминки Сане!
Матрос при этих словах рабочего сильно закашлялся…
— Ты тут Леночкой и поминками Сани не прикрывайся, Митька! — злобно ответила красный комиссар, — Отвечать будешь по суровым законам нашего революционного военного времени!
— Тётя Таня! — поддержала рабочего медсестра, — Мы даже бензин за эти деньги купили для машины Васеньки! За что же вы дядю Митю обижаете? Он — хороший!
— Деньги надо было сдать! — отрезала комиссар, — А не тратить их по своему усмотрению!
— Реально! Тяжело уже становится с твоей «революционной подковкой» , комиссар! — возмутился матрос Саня, — Кому мы их должны были сдать в тот момент? В Смольный нам их надо было везти что ли?
— Мне в Смольный ну никак было нельзя! — возмутился подпоручик Игорь, — Меня бы там быстренько…того….. в расход!
— Комиссар! Ну в самом деле! — поддержала революционеров Бастет, — Нам продуктов привезли, за что своих то обвинять?
— И выпить нам привезли в Петергоф! — довольно заметил шахтёр Васяка.
— А то мы на одной рыбе и сухарях всё это время жили! — присоединился к разговору Петрович.
— Проголосуем за то, что дядя Митя не виноват! — прощебетала Леночка и подняла руку вверх.
Сразу вырос «лес» из поднятых вверх рук в кузове грузовика. Рабочего реабилитировали общими усилиями..
— Как это??? — возмутилась СехметРа, — Что за дела?
— Против решения нашего революционного коллектива нельзя возражать! — многозначительно сказал подпоручик.
Красный комиссар удивлённо замолчала…..

(c) Дядя Митя

22+